В корзине: 0 шт., на сумму: 0 грн.
 
Блог

 

ZAVODСКИЕ ИСТОРИИ
ZAVODСКАЯ ИСТОРИЯ седьмая. О времени и настоящих хозяевах Балаклавы от Ярослава Лодыгина
28.05.2014
Ярослав Лодыгин - еще один харьковчанин в Киеве. Отсюда любовь к "шо" и мягкой "г", хорошей музыке и слову. Последние годы занят независимыми медиапроектами - среди которых самый популярный короткометражный фильм в истории Украины - "Дрифтер" (1,5 млн. зрителей, "Берлинале-2011"), радио "Аристократы", стендап-шоу, документальные фильмы и книга стихотворений. Долго боролся с традиционным телевидением на каналах "Интер" и "Украина", но места себе там не нашел, не смотря на новаторский и красивый проект "Наши",  с которым объездил пол мира и научился любить Родину. Чаще всего его можно найти в киевской "Бодегите", но в наилучшем настроение - в гаванской.



Ярослав путешествует по жизни уже или еще 27 лет, но часов никогда не носил, считая их лишним напоминанием о конце пути. А вот совсем недавно не выдержал, и теперь смотрит на часы каждые 5 минут, начав более ответственно относится к текущему времени с помощью часов Timeless Chrome австралийского бренда AARK и гугл-календаря.





Итак, очень красивая морская зарисовка от Ярослава под интригующим названием «НАСТОЯЩИЕ ХОЗЯЕВА БАЛАКЛАВЫ»:
«Время имеет смысл только в первой половине дня. В полдень становится слишком жарко. Время заметно, пока блестящие дельфины купаются на входе в Красивейшую из бухт, и утренний туман укрывает солнце. Что-то там есть на горизонте, белое, как сгущенное молоко, и сначала кажется, что это просто далекие облака упираются в Черное море. Туман приближается к берегу, и кто его знает, что за погода будет здесь через час.

Они просыпаются в пять утра каждый день, хмельные и мятые. Дышат ветром, который всю ночь разбивался о Скалу, на которой они живут. Насекомые, не в силах справиться с ветром, падали вниз, с древней крепости на Скале - в Балаклаву. В городе москиты набирают высоту, летят по затихшей с ночи узкой набережной; потом резко снижаются и садятся на скучающих рыбаков, спящих горожан и рыночных торговцев. Слышатся хлопки - шпаххх, бахххх, бутуххх! - шахта на другой стороне начинает работу.
С кирками, лопатами и ящиками, с коричневыми следами от кофе на усах они идут к древней генуэзской башне первых хозяев Скалы. По узкой тропе, спотыкаясь о мелкие камни, едва не срываясь вслед за москитами вниз. Идут мимо руин церкви, где когда-то хоронили жителей крепости прямо в полу. Год за годом, слой за слоем, снимая твердую землю, они видели тут то, что делает с человеком сухая скалистая почва и время. Осторожно доставали окаменевшие черепа и кости, серьги и браслеты, родовые гербы консула крепости Бернабо Грилло и серебряные монеты его заморского повелителя.



Консул жил в маленьком домике на самой вершине Скалы, окруженный слугами, стенами, морем, дельфинами и рыбной кухней высшего класса. По утрам он ходил к обрыву на высокую башню, гордо смотрел на прочную кладку, на свой высокий требушет, прикидывал в уме его траекторию - как он защищал вход с моря в Красивейшую из всех бухт. Никто не тревожил консула годами, и жил он долго и скучно.
Теперь, почти семь столетий спустя, на развалинах его старого замка - стоит маленький скучный домик, почти сарай - для пограничника и злой черной овчарки. Они карабкаются по тропе мимо, огрызаются на её лай, здороваются с лейтенантом, и мечтают как-нибудь отодвинуть эту дурную границу, снести погранпост и копать под ним консульский замок – искать дневники посланника Генуи и его запасы вина.



Личная Башня Бернабо Грилло всегда видна со всех сторон балаклавской долины - римлянам, готам, генуэзцами, туркам, русским, английским бригадам графа Лукана, солдатам 11-немецкой армии, инженерам секретных советских подводных лодок, моряками украинского флота, татарским торговцам и с google maps - семьсот лет стоит, презирая старых и новых хозяев, саботируя реставрации и государственные строи.
Вдруг пограничник вывешивает свой тревожный флажок для тех, кто готовится выйти в море. Туман с горизонта набирает сумасшедшую скорость, он быстрее всех суден, внезапнее армий. Он превращает Черное море и синее небо в белую пустоту с запахом соли. Он гуще, чем деревенская сметана, сильнее и выше Скалы -  и беззвучно наступает! Распугивает всех дельфинов, заполняет собой все вокруг. Все бросают лопаты и кирки на землю, смеются, им страшно не видеть своих носов. Их силой пригибает поближе к земле – необъяснимая природная мощь!

Но также внезапно, как и появился, туман уходит в долину, вниз к городу, оставляя несколько часов пока еще нежного солнца. С редкими перерывами люди с кофейными усами смогут работать вплоть до обеда. В эти дни они снимают последние самые твердые слои почвы в старой башне. Углубляются во времени, выбрасывая вместе с землей напуганных слепых жучков, выцветшие этикетки "славутича", гильзы Второй мировой, обломки Первой вселенской, выбивая глину, камни и осколки посуды.

И вдруг время саркастично подмигивает. Копатели стоят на дне башни Грилло, их многолетняя работа закончена. Взмокшие и счастливые, в гордом донжоне Скалы, наступая ногами на самый большой арсенал средневековых каменных ядер в мире - совершенных, гладких стокилограммовых орудий для требушета защитников Чембало. Никогда не заряженных и не пущенных в корабли врагов.



Враги тогда поднялись с тихой набережной, в 4 утра, вежливо здороваясь с рыбаками, стараясь не разбудить горожан и не спугнуть москитов. В замке никто их не ждал, полируя снаряды, глядя в море. "Мы все просчитались", - сказал на прощание своим подданным Бернабо, - "вот если бы нам немножечко времени, мы бы успели спастись и хотя бы раз выстрелить из нашей пушки".
Потом через сотни лет турецкий дозорный сложил себе из ядер дом прямо в этой башне, и скрыл секрет строительства устойчивых стен из идеальных шаров. Остался только пепел его очага.

Потом и турок ушел. Его дом засыпало камнем и мусором. Так выглядит время. Пришел следующий временщик Чембало, затем еще один и еще один. Слои почвы уплотнялись, вслед за временем, которое ускорялось. Потом люди с кофейными усами пришли копать, и нашли самого первого из всех хозяев Скалы, но и от него осталось не так много. Скучные  и гладкие гигантские снаряды, которыми никто не воспользовался, кроме сообразительного янычара. Самые сильные унесли их вереницей по узким тропам, помыли и отвезли в Национальный музей.

Но остались утренние дельфины в фарватере Красивейшей из бухт, рыбаки Балаклавы, торговцы, башни и Туман, который приходит внезапно, заставляет преклоняться перед своей силой даже корабли Черноморского флота. И также внезапно уходит.





На Ярославе часы Timeless Chrome австралийского бренда AARK
Фото:
Катя Кондратьева

 
     
Подпишитесь на рассылку